wpthemepostegraund

«Учителям не хватает управленческих навыков». Интервью с директором школы «Летово», в которую миллиардер Мошкович вложил $200 млн

Источник: forbes.ru

Нынешний учебный год — первый для школы «Летово», созданной на деньги председателя совета директоров ГК «Русагро» Вадима Мошковича. Миллиардер вложил $80 млн в ее строительство, и $120 млн — в эндаумент. В школу могут поступить одаренные дети со всей страны, для многих из них расходы на обучение и проживание, которые составляют $20 000, покрываются стипендией. Все ученики занимаются по индивидуальному плану, а учителя для работы с ними перенимали опыт у профессоров Стэнфордского университета. Школу возглавляет Михаил Мокринский, бывший директор лицея 1535 — одного из лучших образовательных учреждений в России. О том, как должно измениться школьное образование, чтобы сохранить свою актуальность в современном мире, он рассказал в интервью Forbes.

Ребенок должен выбирать профессию в 16 лет. Но тенденция такова, что, зачастую, взросление происходит позже, люди ищут себя и в 30, и в 40 лет. Как вы думаете, может ли школа как-то помочь человеку с самоопределением?

Современная жизнь позволяет оставаться инфантильным неопределенно долгое время и получать от этого удовольствие. Инфантильность — это не только защищенность от трудностей и жизненных обстоятельств, это еще и способ находиться в контакте со своим внутренним ребенком. Если жизнь не требует обратного, каждый имеет возможность тормозить хоть до пенсии, а потом приходит повторная радость — вы уже на пенсии, но еще ребенок. И это не плохо, это просто данность.

Вся индустрия развлечений, отдыха и туризма формирует привычки потребительского поведения. Человек выходит из школы и дальше идет по жизни, не понимая, зачем он работает, кроме как для того, чтобы после работы проводить досуг. Человека с перекосом в потребительское поведение, с подстриженными, как газончик, целями и ценностями школа обязана вытащить на нужный уровень.

А как школа может помочь человеку самореализоваться?

Современная культура подбрасывает удобные форматы поведения, и они очень ситуативны. Когда ты в одной компании — ты такой, в другой — ты другой. За тебя уже придумали все способы воспроизводства и тиражирования этих форматов — просто расслабься и плыви, можешь — кверху пузом, можешь — закрыв глаза.

А ведь общество всегда так или иначе направляло людей к самореализации. Традиционные общества делали это через ритуалы, индустриальные — через идеологию. И то, и другое стимулировало к поиску идентичности достаточно жестким способом: ты с кем — с ними или с нами? Школа же должна подтолкнуть человека задать самому себе вопрос: «А мне-то самому что надо?». Человек должен познать, понять свои сильные и слабые стороны и уже на основе этого сделать выбор будущей профессии.

Раньше главной функцией школы было дать образование. А сейчас?

Школа должна все более технологично формировать компетенции, работать с контекстами, смыслами, культурной идентичностью. Это было всегда, просто в воспитании и развитии личности добавлялись новые детали.

Насколько остро сегодня в школе стоит кадровый вопрос? Достаточно ли компетентны молодые преподаватели?

Кадровый вопрос существует, и ответ на него зависит от нескольких факторов: насколько учителя себя чувствуют социально защищенными, экономически устойчивыми, привлекает ли школа лучшие мозги поколения, привлекает их на год, на десять, на пятнадцать или навсегда. Дает ли им возможность по-разному себя реализовать и вырасти? Ответы на все эти вопросы должны быть зашиты в государственной образовательной политике. Например, Финляндия. Она правильно и преемственно отвечала на эти вопросы и удержала в школе лучших выпускников университетов — в систему образования приходят люди, которых эта система хочет видеть, и остаются в ней на всю жизнь. Все остальное — добавки к основному блюду. В школу должны приходить люди определенного калибра с определенным типом миссионерских и профессиональных задач. Следующий вопрос в том, чем их оснастить, чем им помочь.

А чего не хватает современному учителю? Каких навыков?

Учителям не хватает управленческих навыков. Учитель не должен быть партизаном на педагогическом фронте, а должен стать частью команды. Учитель должен быть сценаристом и режиссером. Потому что, именно как сценарист и режиссер, он говорит: «Мне все равно, куда вы придете, все равно, медленно или быстро вы будете идти, все равно, кругами с ошибками или прямо без ошибок вы пойдете. Я не учу вас, как правильно. Я не хочу вам навязывать свое мнение, я хочу помочь вам услышать самого себя».

Система взаимодействия «я знаю, как правильно» имеет место, но в определенный момент учитель должен уметь остановиться и сказать: «До сих пор я имел право советовать, а теперь — нет». То, что вам нужно умыться, он может сказать, а про выражение лица — нет.

Если раньше для многих родителей «пятерка» была показателем успешности их чада, то теперь оценкам не уделяется большого внимания. Главное, чтобы ребенок был здоров, счастлив, следовал своим интересам. Как оценивать знания ребенка и как его мотивировать в этих условиях?

Раньше школа была обязательным социальным лифтом, без которого вы обречены. Если у вас нет школьного образования, то вы неграмотный, дикий и получать можете только копейки, а вот в обратном случае у вас совсем другой тип карьеры и возможности в жизни. В современном обществе произошло смещение акцентов, и кратное возрастание возможностей дает уже не образование, а опыт и тип карьеры человека. Cегодня много возможностей работать в системе не напрягаясь и чудесно по-итальянски себя чувствовать, вкусно кушать, быть членом местного сообщества.

В истории по-разному складывалось отношение к мотивации. С одной стороны, мостом к новой жизни часто становится не только среднее, но и высшее образование. Но и школа, и университет не гарантируют успеха, а дают лишь возможность. У ребенка всегда есть возможность найти свою формулу жизни, в которой не страдают самолюбие и самооценка, выбрать путь наименьшего сопротивления, растерять свои творческие и лидерские задатки.

Какая роль при этом у школы и родителей?

Родители всегда делятся на максималистов, реалистов и пассивных, плывущих по течению. Дальше огромную роль играют культурные, социальные, экологические обстоятельства. Что в аристократической Англии, что в современном глобализованном мире один из запросов к частной школе формулируется так: «Этим детям есть, что терять, не дайте им разбазарить то, что было нажито их родителями». Простой базовый ответ школы двухсотлетней давности — научить сначала подчиняться, а потом подчинять. Состоятельный джентльмен должен уметь удержать статус кво.

Сегодня состояние нередко проще заработать, чем удержать, и уже во всяком случае для «удержания» надо забыть о статусе кво и активно действовать в меняющихся обстоятельствах. И максималисты, и реалисты в большинстве своем сходятся в том, что и для развития семейного дела, и для построения собственной карьеры, ребенку нужно уметь настойчиво и осмысленно добиваться целей, действовать в соответствии со своим пониманием смысла. А разговор о смыслах вновь возвращает школу к теме стереотипов потребительского поведения. Ведь есть риск прожить не свою жизнь, прожить ее на пустой энергии, с непонятными мотивами.

Тем не менее, социальная приемлемость и удовлетворенность стандартным набором делают счастливыми огромный слой современных потребителей, которые никогда не окажутся в «золотой сотне», но имеют шанс быть средним классом и даже, при удачном стечении обстоятельств, прыгнуть выше.

А вот у образовательной организации одной из основных задач сегодня как раз является формирование позитивного и конструктивного настроя у каждого ребенка вне зависимости от того, на каком уровне возможностей он может его реализовать. Позитивный и конструктивный настрой может быть таким: я сижу и наблюдаю за тем, как садится солнце, а завтра буду наблюдать за тем, как оно встает. Или таким: я сейчас расслабляюсь во время заката, но завтра во время восхода я буду вновь собран с большими силами и готов разбить нос, чтобы покорить горы и решить множество нерешенных проблем.

Не опасно ли давать детям свободу выбора? В школе «Летово» дети сами формируют расписание, выбирают, в чем хотят развиваться. Кто-то хочет смотреть на закат и ничего не делать, а потом будет переживать, что когда-то его не заставили, например, выучить второй язык.

Свобода — это некий коридор, в рамках которого активные действия — обязательны, без этого из школы тебя не отпустят, и тебе готовы всегда объяснить, почему.

Родители школьников жалуются на синдром дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ) — дети не способны сосредоточиться, не могут, как раньше, усваивать большие объемы информации. Как учителю в таких условиях заинтересовать своим предметом?

Есть плохой актер и хороший: у первого 15 шаблонов, а у второго — 150, и он эти шаблоны использует сообразно задачам. У ребенка, которого нужно заинтересовать и удержать его внимание, может быть отторжение половины задач или способов, которыми вы их пытаетесь решать.

Надо создавать активность, в которой ребенку будет интересно потрогать что-то своими руками. Попробуйте оторвать ребенка от опыта на химии. Самое страшное, что в этот момент может сделать учитель, сказать: ну, что, посмотрели — пошли дальше.

Как-то я был на открытом уроке, где учитель блистательно выстраивал мотивацию в начале урока — задавал проблемный вопрос, сталкивал мнения, и класс просто фантастически заводился. И каждый раз все заканчивалось одним и тем же: учитель начинает говорить, ребята просыпаются, начинают творчески кипеть, выдвигать идеи и предположения — и вдруг падает занавес и мы переходим к следующей части. И снова подъем, и снова ребята, у которых, казалось бы, украли ожидания, оживляются — и снова падает занавес. Я только к тридцатой минуте урока понял, в чем дело: учитель плохо слышал, у него было соматическое заболевание. Осталось мастерство, но он не мог коммуницировать. Это замечательная метафора об умении учителя довести ребенка до результата. И этот же пример хорошо характеризует состояние нашей школы.

Огромное количество родителей в соцсетях жалуются на то, что после работы им приходится решать задачки по геометрии вместе с детьми. В то же время, некоторые частные школы вообще отказываются от домашних заданий. Что вы думаете на этот счет?

Существуют две основные стратегии. Первая: сначала мы тяжело работаем до мокрой спины, потом уже получаем результаты. Есть и другой подход: сначала можно вообще не двигаться — давайте научимся просто улыбаться, расслабляться, радоваться друг другу и жизни, станем социально приемлемыми. Дальше будем радоваться тому, что мы хоть что-нибудь сделали, и это даст нам шанс быть не только социально приемлемыми, но и социально полезными. А уже потом будут подкладываться все более сложные задачки.

И в том, и в другом случае школа и учителя заточены под определенный стратегический способ развития ребенка. Какой лучше? Лучше тот, в котором умеют сочетать одно и другое и понимают, как они взаимодополняют друг друга. Педагогика — медленная штука, она вызревает из сформированных на кончиках пальцев умений работать с ребенком.

В Финляндии принят как раз второй подход, когда ребенка хвалят, не сильно его нагружают, вокруг него максимально дружественная атмосфера. При этом финнские школы занимают лидирующие позиции в международных рейтингах, связанных с качеством образования. Может быть, финнский подход больше соответствует нашему времени?

Такой подход очень соответствует фазе развития финской культуры. Маленький социум, не мобилизованный на масштабные перемены в мире и завоевания, поощряет и поддерживает различные социальные проекты, которые значимы для этой страны. Они построили эту экологичную систему, которая их темпераменту, культуре, приоритетам очень соответствует. Изобретение «хюгге» (прим. ред.: умение радоваться окружающему миру, наслаждаться маленьким радостям) датское, но и финнам по менталитету очень подходит. У них довольно суровый климат, мало солнечных дней, и им как-то надо вытаскивать себя из депрессии и научиться существовать в гармонии с миром. Они создали систему без структурных противоречий, с уважением к правилам и человеку.

Сами финны говорят: «Вы спросите, что мы создали. Мы создали Финляндию». Это как раз про то самое бережное отношение к обычным людям, они очень этим гордятся.

Я люблю в каждой стране бывать в национальной галерее. Если вы не были в национальной галерее Хельсинки, вы ничего не потеряли. Зато у финнов очень красивая природа, великолепные дизайнерские решения. Они не страдают от того, что на каких-то направлениях они не предложили миру великих людей, которые продвинули какие-то направление искусства. Да, Роден там не родился, зато родился основатель бренда дизайнерских украшений Lapponia. Их представители министерства образования говорят очень правильные вещи: мы не мешаем тем, кто лучше нас понимает то, что он делает внизу, наша задача — не навредить тем, кого мы поддерживаем.

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.